Женщина на корабле
http://ficbook.net/readfic/3980136 

Автор: Кристиания 
Фэндом: Deep Space 9
Персонажи: Дукат/ОЖП, Дукат/Тора Напрем, Дамар
Рейтинг: R 
Жанры: Гет, Романтика, AU
Описание:
Во время очередной вылазки в клингонское пространство на захваченной "птице" гал Дукат вызволяет из плена молодую баджорку. Чем больше времени она проводит у него на борту, тем яснее: невольной гостье есть что скрывать... 
Посвящение:
Алине. 

- Корректируйте прицел. Направление двенадцать, отметка пять. Огонь!
Дукат даже привстал в командирском кресле, напряжённо вглядываясь в экран. Чёрные пряди прилипли ко взмокшему лбу, шейные гребни потемнели от прилива крови. 
Корабельные щиты ели держались. Ещё одно, максимум два попадания – и они окажутся беззащитными перед клингонским огнём, как младенец, кожа которого ещё не ороговела и её может оцарапать даже слабое прикосновение. 
- Мы задели их систему энергоснабжения, - хрипло выдохнул Дамар. – Силовое поле нестабильно.
Дукат отстегнул ремень, поднялся на ноги.
- Максимум энергии на дисрапторы. Приготовсь… Огонь!
На экране полыхнула ядовито-оранжевая вспышка. От клингонского крейсера отлетали металлические обломки, в носовом отсеке, похоже, началась разгерметизация.
- Включают маневровые двигатели, - Дамар склонился над сканерами. – Пытаются удрать.
Повернув голову, он выжидательно взглянул на командира, не сомневаясь, каким будет приказ. Дукат не удивил его:
- Залп из всех орудий.
Рука Дамара потянулась к кнопке, и за его спиной молодой гил Катарн неуверенно кашлянул:
- Гал Дукат, сенсоры фиксируют присутствие на борту крейсера не только клингонских организмов. Там кто-то ещё.
- Обожди с залпом, Дамар, - в светлых глазах мелькнула тень интереса. – С каких это пор клингоны стали брать пленных?
- Или приглашать инопланетных военных консультантов, - хмыкнул глинн Харат, потирая шрам на щеке.
- Катарн, ты можешь определить, к какой расе относится этот организм?
Помедлив, гил кивнул:
- Параметры похожи на баджорские, гал Дукат.
Дукат слегка усмехнулся:
- Баджорца – к нам на борт. Посмотрим, что он забыл у клингонов. Крейсер – уничтожить.
- Есть, гал.
Наведя луч на корабль, всё ещё пытающийся уйти с линии обстрела, Катарн ввёл параметры захвата: на борт должен был попасть только баджорец.
- Готово.
- Заблокировать выход из транспортаторной, - скомандовал Дамар.
Он ещё успел застать бесславный конец оккупации Баджора и на своей шкуре убедился: от этой сумасбродной расы можно ожидать чего угодно.

Окинув краем глаза подчинённых, державшихся в полшаге позади, Дамар убедился, что они держат дисрапторы наизготовку.
- Компьютер, открыть дверь.
Тяжёлая железная панель, поскрипывая, поехала в сторону. Как же много нужно починить на этом корабле, но времени нет. И ресурсов нет. Вся добытая с таким трудом латина уходит на новое оружие, на медикаменты – их страшно не хватает.
Может, этот баджорец богат и с него удастся содрать выкуп?
За спиной у Дамара кто-то шумно выдохнул, и сам он досадливо поморщился: на ступеньках транспортаторной площадки сидела худенькая молодая женщина в рваной шерстяной накидке. Растрёпанные чёрные волосы падали ей на плечи, на бледных скулах темнели ссадины. Взгляд ярко-зелёных глаз настороженно скользил по лицам кардассианцев.
Дамар прочистил горло, пытаясь собраться с мыслями.
- Кто вы такая?
- Нона, - низким, чуть сипловатым голосом произнесла она. – Я хотела поблагодарить вас за то, что выручили меня… но, кажется, я попала из огня да в полымя.
Глинн Харат негромко усмехнулся:
- Да она хорошенькая. Я забыл уже, какие у баджорок симпатичные мордашки.
- И не только мордашки, можешь мне поверить, - хохотнул Марейн, его приятель. – Нона, ты как раз вовремя: на этой посудине адски скучно, когда клингонов нет поблизости.
Поднявшись на ноги, молодая баджорка отряхнула подол юбки.
- Я надеюсь, господа, все помнят, что оккупация закончилась четыре года назад? Мне бы не хотелось питать в вас ложные надежды.
Дамар пожал плечами:
- Это как командир скажет. 
Зелёные глаза недоверчиво прищурились:
- Ваш командир считает себя вправе нарушить мирный договор, заключённый правительством Баджора и Кардассии?
- Именно так, - кивнул Дамар. – Мы не подчиняемся правительству Кардассии.
Женщина озадаченно покачала головой.
- Знаете, - уголки мягких губ слегка приподнялись, - я немало повидала кардассианцев, и они были совершенно разными по характеру: трусливыми, храбрыми, жестокими, милосердными… Но ни разу ещё мне не приходилось видеть кардассианца, который пошёл бы против своего государства.
- Тебе предстоит многое узнать, - хмыкнул Харат, протягивая руку к её белой щеке. Но не успела она отпрянуть, как гулкое «Смирно!» заставило глинна шарахнуться к стене и вытянуться в струнку.
Нона облегчённо перевела дыхание и слегка подалась вперёд, изучая вошедшего взглядом.
…Несомненно, этот высокий, ладно сложенный кардассианец в военной форме, на которой странно и непривычно смотрелась клингонская перевязь, и был здесь командиром. Это ощущалось в его уверенной осанке, грациозных широких шагах, в прищуре голубовато-серых глаз. Слегка склонив голову, он протянул ей руку, и Нона осторожно оперлась о неё, сходя со ступеней.
- Я прошу вас извинить бесцеремонность моих подчинённых. Боюсь, кое-кто из них слишком долго пробыл вдали от цивилизации, - с лёгкой улыбкой произнёс он. – Я гал Дукат, командир этого судна. Добро пожаловать на борт «Напрем».
Нона помолчала, пытаясь успокоиться, привести мечущиеся мысли в порядок.
- Знаете, гал, меня так и тянет кинуться в расспросы: почему клингонская боевая птица носит баджорское имя, почему ею командуют кардассианцы, почему вы спасли меня и что со мной будет теперь. Но, вероятно, это было бы не очень вежливо. Как бы то ни было, меня зовут Нона Сирин – и я благодарна за то, что оказалась здесь… а не там, - она невольно покосилась в сторону иллюминатора, за плотным стеклом которого уже не осталось и следа крейсера.
- Я тоже о многом хотел бы расспросить вас, Нона, - мягко произнёс Дукат. – Но, думаю, сначала вам надо отдохнуть и оправиться после всех волнений, которые вы перенесли. Полагаю, Дамар, свободной каюты у нас не найдётся?
- Не найдётся, гал.
- У клингонов, которые конструируют «птиц», не самые прогрессивные представления о комфорте, - он развёл руками. – Но вы можете устроиться у меня. Каюта большая, силовым полем её легко разделить на две. Там вас никто не побеспокоит.
Нона неуверенно потеребила растерзанный рукав блузы.
- Мне не хочется стеснять вас, гал.
- Напротив, вы сделаете мне приятно, если примете моё приглашение. Боюсь, вам в любом случае придётся провести с нами несколько дней: клингоны порядком потрепали наш варп-двигатель, и до обитаемых систем мы доберёмся нескоро.
Ноне не удалось подавить вздох досады, и надбровные гребни гала приподнялись:
- Вы огорчены? Вас, может, беспокоит то, что мы кардассианцы?
- Конечно, мне непривычно находиться в кардассианском обществе, - она слегка хмыкнула. – Но я вполне полагаюсь на ваш здравый смысл, гал.
- Тогда в чём дело?
Поколебавшись, она негромко сказала:
- Я обещала дочке, что буду дома завтра вечером. Она будет волноваться за меня.
Дукат задумчиво покачал головой.
- Не уверен, что отсюда вам удастся связаться с ней. Видите ли, мы стараемся не светить своё местонахождение, а по подпространственной связи отследить его очень легко. 
- Я понимаю.
- А большая дочка у вас?
Нона гордо улыбнулась:
- Через месяц семнадцать стукнет.
- Ну надо же, - серые глаза окинули удивлённым взглядом её тоненькую фигуру. – По вам никак не скажешь, что у вас уже такие взрослые дети.
- Вы безбожно льстите мне, гал, но слушать всё равно приятно, - усмехнулась она. – А у вас дети есть?
- Семеро. Они на Кардассии, с матерью – я их давно уже не видел.
- Не мудрено, если вы столько времени в космосе проводите, - Нона поджала губы. 
- К сожалению, у меня нет выбора.
Остановившись у двери, Дукат сложил руки под грудью:
- Вот что, вам не мешало бы посетить медотсек. Ссадины, по-моему, довольно глубокие.
- Пустяки, - отмахнулась было она, но Дукат настойчиво возразил:
- Надо продезинфицировать и заживить. Я свяжусь с Харатом, он об этом позаботится. Да, и вам ведь понадобится новая одежда… Пойдёмте, я покажу вам репликатор.

Тот самый глинн, что отпускал по её адресу бесцеремонные замечания в транспортаторной, теперь косился на неё неуверенно, едва ли не с робостью:
- Присаживайтесь, кхм, госпожа Нона. Я сейчас заживлю ваши порезы регенератором.
Расправив складки простой серой юбки – слава Пророкам, что создатели репликатора не гнались за клингонской модой – Нона опустилась на стул.
- Возможно, мне не стоит вас утруждать? У вас наверняка есть раненые после боя с крейсером. Я могу залечить порезы сама.
- О, так вы врач? – выдохнул глинн.
- Полгода назад наконец-то сдала квалификационные экзамены. Но у меня и до этого было довольно много практики – просто не представлялось возможности получить звание официально.
- А у нас никого со званием нет, - пробормотал Харат. – На грузовых кораблях врач не предусмотрен, только медицинская голограмма.
- На грузовых кораблях?
- Ну да, мы же все с «Гроумолла». Командиру повезло эту птичку захватить, так что теперь пиратствуем помаленьку.
- Погодите, - Нона отбросила волосы со лба. – Как же бывший префект Баджора на грузовой корабль попал?
Харат нахмурился, явно сожалея, что разоткровенничался с баджорской гостьей.
- Он сам вам об этом расскажет, если захочет. Вот регенератор.
- Спасибо.
Поднеся прохладный наконечник к ноющей щеке, Нона повернула рычажок, и кожу словно обдало лёгким дуновением бриза.
Харат прошёл за перегородку – там, наверное, была палата. Из-за стенки донёсся приглушённый голос:
- Как ты, Талор?
- Да уже меньше жжёт. Через пару дней, надеюсь, ты меня выпустишь на мостик.
- Выпущу, куда деваться: заменить тебя всё равно некем.
- А правда, что у нас на корабле баджорка? – в голосе послышались нотки любопытства.
- А то! Катарн её с клингонской посудины вытащил.
- Красивая, наверное?
- Ничего. Но ты не больно-то на неё зарься: Дукат её себе бережёт.
Тихонько усмехнувшись, Нона отложила регенератор. Этим горе-пиратам, похоже, невдомёк, что кто-то может понимать кардассианский и без транслятора. 
- А говорят, Дукат, когда ещё был префектом, с баджорками…
- Тише, дурень. Доведёт тебя язык до разжалования.
Что-то зашуршало, негромко стукнуло, и Харат вернулся в приёмный покой.
- Справились? – он скользнул взглядом по гладкой щеке Ноны. – Прекрасно.
- Ну, не буду вам мешать, - она шагнула к двери и неуверенно остановилась. – А вот это вот… - палец Ноны осторожно обвёл скулу, - это у вас давно?
- Что – это? 
Он хлопнул себя по бедру:
- Ах, вы про шрам. Да уж месяца два. «Кейлесс» нас обстрелял, здорово мне тогда досталось.
- Два месяца, - Нона машинально втянула нижнюю губу. – А заживляющие бинты у вас есть? Регенераторы глубокого действия?
- Бинтов раньше не было, на прошлой неделе удалось достать пару упаковок. А этот регенератор я никак настроить не могу как следует.
В усталых глазах кардассианца Ноне почудилась тень надежды, и она нерешительно переступила с ноги на ногу:
- Возможно, я могла бы попробовать…
Пол шатнулся у неё под ногами, и её пальцы вцепились в край стола. Харат шагнул к ней:
- Вам плохо, Нона?
Поднеся прохладную ладонь ко лбу, она покачала головой:
- Нет-нет. Я просто жутко устала. Пойду прилягу. Вы подскажете мне, как дойти до каюты гала Дуката?

Силовое поле посреди каюты легко было поставить – и так же легко снять. Дукат поднёс ладонь к сенсору, и тонкая, слабо светящаяся перегородка исчезла.
Его гостья тихо спала, свернувшись в клубочек на койке, подложив ладонь под плоскую кардассианскую подушку, принесённую Катарном. Волосы разметались по плечам, нежно-розовые губы слегка приоткрылись. В каюте было жарко по баджорским меркам, и одеяло она не взяла – Дукату было позволено разглядывать округлое, не прикрытое гребнями плечо, с которого сползла тонкая блуза, и голую коленку под завернувшейся тканью юбки.
Как беспечно уснула она, баджорка, среди кардассианцев! Доверяет? Или просто вымоталась до бессилия?
Осторожно опустившись рядом с ней, Дукат поборол искушение прикоснуться к мягким, пушистым прядям и тихо позвал:
- Нона!
Молодая баджорка приподняла голову. Её сонные глаза изумлённо распахнулись, и она протянула руку вперёд, к Дукату, словно в попытке ухватить ускользающие тени сна. Узкая ладонь тут же разжалась, упала на покрывало, и Нона негромко рассмеялась:
- Прошу прощения, гал Дукат. Я так сладко спала, что в голове у меня всё перепуталось. Не удивлюсь, если уже прошло несколько дней – и мне пора высаживаться.
- Вы проспали чуть больше девяти часов, - сказал он. – Мы по-прежнему в свободном космосе. Да и потом, я ещё не знаю, где вас высадить. Полагаю, вам хотелось бы поскорее попасть на Баджор, но, боюсь…
Молодая женщина энергично мотнула головой:
- Я как раз с Баджора летела, мне нет смысла туда возвращаться.
- Вот как? – Дукат поднялся. – Предлагаю такой план: мы с вами поужинаем, и я охотно расскажу вам обо всём, что вы, верно, хотите узнать. Надеюсь, и вы удовлетворите моё любопытство.
Гибким, по-кошачьи мягким движением она потянулась, встала с койки.
- С удовольствием. Кажется, сто лет уже не ела.
Отступив в сторону, Дукат пропустил её вперёд, и она направилась к столику, накрытому для двоих.
- Ой, хаспарат… Фруктовый салат… неужели это правда моба? – Нона повернулась к Дукату с весёлым любопытством. – Только не говорите, что это всё – из клингонских репликаторов.
- Нам с Дамаром пришлось над ними здорово повозиться, - заговорщически улыбнулся Дукат. – Знаете ли, Нона, пока я был префектом, я успел полюбить баджорскую кухню.
- Какой у нас, оказывается, был любознательный префект, - хмыкнула Нона, усаживаясь. – А Дамар – это ваш первый офицер? Серьёзный такой, глаза, как тучи.
- Дамару часто приходилось нелегко, - заметил Дукат. – Он долго пробивался наверх, семь лет служил на грузовом корабле… Весёлого мало.
- Но вы ведь тоже, кажется, одно время служили на грузовом корабле?
Откинувшись на спинку кресла, Дукат усмехнулся:
- Где я только не служил. Я успел осознать, что зачастую неудача – это просто прелюдия к большому взлёту. Вы слышали о попытке переворота на Кардассии? Группа гражданских из Совета Детапа хотела сместить военную элиту.
Нона что-то неопределённо протянула.
- Переворот не удался, заговорщиков расстреляли, некоторые получили большие тюремные сроки. А против меня были лишь слабые подозрения – но их хватило, чтобы снять меня с должности и направить меня командовать ржавой консервной банкой под названием «Гроумолл».
- Как обидно, - Нона покачала головой. – Вы ведь, разумеется, были ни в чём не виновны?
- Разумеется, - озорно улыбнулся Дукат. – К счастью, возить металлолом из галактики в галактику пришлось недолго: нам попалась эта удобная клингонская птичка, и мы пересели на неё.
- И с тех пор воюете с клингонами. Надо полагать, не по приказу Центрального Командования?
Дукат тряхнул головой:
- Центральное Командование топчется на месте. Наши легаты привыкли воевать с позиции силы, а ведь клингонам мы здорово уступаем – и в численности, и в вооружении. С ними нужна совсем иная тактика.
Нона повела плечами:
- Я ничего не смыслю в военном деле. Но то, что вы говорите, звучит разумно.
- А знаете, что самое интересное? – Дукат наклонился ближе к ней. – На эту мысль меня натолкнула не кто-нибудь, а баджорка, бывшая террористка из Сопротивления. Она-то мне и помогла добыть птичку.
- Очаровательно, - в ровном голосе Ноны послышался сарказм. – Странно, что она не полетела громить клингонов вместе с вами.
- Я предлагал ей такую возможность, - заметил он. – Служба на станции оказалась для неё важней.
- Разумный выбор.
- Ну, а вы-то, Нона… Подложить вам ещё салата?
- Да, пожалуй.
- Вы-то как оказались у клингонов?
- Боюсь, гал, это не такая уж интересная история, - Нона взяла у него тарелку. – Пассажирский рейс, которым я должна была вылететь из Джаланды, отменили, следующий стоял в расписании только через неделю. Так долго ждать мне не хотелось. Одна знакомая, капитан транспортника, согласилась по пути подбросить меня домой. 
Отправив в рот очередную дольку мобы, Нона задумчиво улыбнулась.
- Как она тряслась за свою рассаду рулот… Что ни час: «Нона, спустись в трюм, глянь, как там рассада». Ну, я спустилась в десятый или какой там раз – и клингоны по нам ударили.
- Страшно было? – сочувственно произнёс Дукат. 
- А то! Наверх я, конечно, не побежала, сидела в трюме, как мышка. По-моему, всё произошло очень быстро: раз, другой тряхнуло, и меня захватил транспортаторный луч. Оглядываюсь – где я? Темно, душно, кругом ящики с рассадой. Наверное, клингоны, не церемонясь, перетащили всё из трюма к себе. Меня бы они, конечно, пристрелили, как только увидели, - Нона зябко передёрнула плечами. – Но мне повезло: за клингонами погнались вы.
Дукат самодовольно улыбнулся:
- Ловко мы сели им на хвост.
- От вас, конечно, ещё ни один клингон не уходил? – в зелёных глазах вспыхнули искорки лукавства. 
- Пытаетесь поймать меня на хвастовстве, - добродушно упрекнул её Дукат. – Один раз мне самому пришлось уходить на варп-восемь. А другой раз дисрапторы подвели – мы не успели добить нахала, перед самым носом проскочил.
Потянувшись за бутылкой, он подлил себе соку.
- Так значит, вы не живёте на Баджоре, Нона? В последние годы многие эмигранты стремятся вернуться туда.
- Одно время я тоже стремилась, - мягких губ коснулась усмешка. – Но сейчас нам с дочкой совсем неплохо на Эоле-3. Это колония Земли, её не так давно начали осваивать. Там очень интересно – и климат почти такой, к какому я привыкла на Терок Нор.
- На Терок Нор? – Дукат поднял надбровные гребни.
- Да, я жила там несколько лет, - Нона придвинула к себе блюдо с леденцами. – Собственно, именно это и закрыло мне дорогу на Баджор.
- Вы сотрудничали с кардассианскими властями?
- Да, - весело согласилась Нона. – Пожалуй, это можно назвать сотрудничеством.
- Я всегда говорил, что совместная работа куда разумнее вражды, - Дукат одобрительно кивнул. – Увы, местное население мало прислушивалось к моим доводом. И чего Баджор добился в итоге? Разруха, бедность, вечные попытки отойти от шаткой грани гражданской войны.
- А чего добилась Кардассия? – ладонь Ноны подперла щёку. – Клингоны растаскивают её по кусочкам. Я не знаю, кто был тот умник, первым отдавший приказ об оккупации Баджора, но он перечеркнул на многие десятки лет возможность того самого сотрудничества, о котором вы так увлечённо говорите.
- Нам просто не хватило времени сделать из Баджора по-настоящему развитую планету.
Сложив руки на колене, Нона откинулась на мягкую спинку кресла.
- Я сознаю, гал, что и без того злоупотребляю вашим гостеприимством, но если вы попытаетесь доказывать мне, что баджорцы – низшая раса, я могу наговорить очень много неприятных вещей, а потом буду жалеть, что обидела вас.
- Можете мне поверить, Нона, - спокойно произнёс Дукат, - я никогда не считал баджорцев низшей расой. Несмотря на определённое отставание в культурном и техническом плане, в них есть немало качеств, восхищающих меня.
Помолчав, он с улыбкой добавил:
- Например, я всегда считал баджорских женщин красивейшими в Альфа-квардранте.
Уголки её губ чуть приподнялись:
- Мне приятно это слышать. Скажите, гал, - она поднялась, отставив пустую тарелку, - где же вы намерены высадить меня? Лететь на Эолу-3, вам, конечно, совершенно не с руки. Мне хотелось бы сойти где-нибудь на обитаемой планете или станции, откуда я могла бы вернуться домой.
Дукат помедлил, раздумывая.
- Терок Нор вам подойдёт? Мы направляемся туда: нашей «Напрем» не обойтись без серьёзного ремонта. Сейчас станция официально принадлежит Баджору, но на неё распространяется юрисдикция Федерации. Думаю, там вам ничего не будет грозить.
- Наверняка со станции я смогу быстро улететь, - обрадовано кивнула молодая баджорка. – Или, по крайней мере, предупредить дочку, что я задержусь. А далеко ещё до станции? 
- По примерным расчётам, мы будем на Терок Нор через тридцать два часа.
- Надо подумать, чем бы таким заняться, чтобы не скучать самой и не мешать вам, - рассудительно произнесла она. – Нет ли у вас электронных книг?
- В основном они на кардассианском.
- Это ничего. Я давно не практиковалась в языке – самое время вспомнить… Да, и я хотела поговорить с вами по поводу лазарета.

- Жарко у вас тут, - Нона устало отбросила со лба спутанные пряди. – Харат, вы уверены, что инструкций к трикодеру нигде не осталось?
Кардассианец пожал широкими плечами:
- Наверное, клингоны их стёрли – а может, и вовсе забыли загрузить.
- Учитывая отношение клингонов к собственному здоровью, вам повезло ещё, что на этом корабле есть хоть какое-то медицинское оборудование, - неодобрительно буркнула она. – А вообще, вам самим не мешало бы хоть немного беречь себя. Я просмотрела ваш журнал. Разве можно выписывать пациента на другой день после сотрясения мозга и ожогов третьей степени?
- Так ведь команда у нас малочисленная, - вяло отозвался Харат. – Болеть некогда.
- И сами вы хороши, - Нона пожала губы. – Неделю с раной ходили, пока сам гал не поинтересовался, почему вы левую руку всё время к телу прижимаете. Знаете, что главное на войне?
- Уж будьте добры, просветите, - он иронически поднял надбровные гребни, но Нону не смутила насмешка.
- Чтобы все были сыты и здоровы. Тогда врага легче бить.
Тёмные глаза глянули на неё с интересом.
- Уж не в Сопротивлении ли вы научились этой премудрости? 
Нона покачала головой:
- Я никогда не была в Сопротивлении. По правде говоря, я ужасная трусиха. Так что мне тяжело представить, как вам удаётся сражаться день за днём, не зная, откуда придёт опасность – и при этом сохранять рассудок.
Чешуйчатые пальцы Харата негромко побарабанили по пластиковой столешнице.
- Я и сам не думал, что я на такое способен. Из Третьего ордена меня списали – вроде как по ранению, а на самом деле легат Рокан мне не спустил, что я с ним спорить полез. Перевели на транспортник. Вот и мотайся туда-сюда по квадранту: вроде ты ещё молод, всё впереди, а на деле ты такая же ржавая железяка, как те, что свалены на грузовой палубе.
Поднявшись, он подошёл к стеклу иллюминатора, за которым разливалась чернильная темнота.
- И тут к нам гала Дуката назначили. Он сразу всё с ног на голову переставил. Да… Если бы не Дукат, гнить бы нам всем на окраине космоса.
Пружинка щёлкнула под пальцами Ноны, пластина встала на место.
- Кажется, я наконец разобралась с вашим регенератором глубокого действия. Для пущей уверенности, конечно, не мешало бы опробовать его на настоящем порезе или ожоге.
- Ну так подождите следующей стычки с клингонами, - фыркнул Харат, - и у вас наверняка будет повод.
- Надеюсь, что вы ошибаетесь, - вздохнула она. – А почему бы вам самому его не проверить? Вы ничем не рискуете, рана ведь давно зажила. Зато если регенератор сработает как надо, вы избавитесь от шрама.
В мутно-серых глазах мелькнуло веселье:
- И меня полюбит хорошенькая особа вроде вас.
- Кто знаете, - Нона философски пожала плечами. – Ну что, согласны?
Помедлив, Харат тряхнул черноволосой головой:
- Нет. Я сегодня забегался, как шестиногая крыса – рука дрогнет, чего доброго.
- Боитесь угодить себе в глаз? – лукаво усмехнулась Нона. – А мне вы разрешите вылечить ваш шрам?
Кардассианец взглянул ей в лицо пристальным, долгим взглядом. И кивнул:
- Попытайтесь… если вам не трудно.
- Сядьте.
Он тяжело опустился на стул, и пальцы Ноны коснулись его лица, осторожно запрокидывая обвитый гребнями подбородок.
- Вот так. Голову чуть-чуть поверните влево… Отлично, - она подняла рычажок, включая регенератор.
Грудь кардассианца под форменной бронёй замерла – он затаил дыхание.
- Расслабьтесь, - Нона мягко накрыла свободной рукой его плечо, - дышите. Больно не будет.
Поднеся слабо светящийся цилиндрик регенератора к щеке, покрытой ороговевшими чешуйками, она осторожно провела им вдоль безобразной сине-лиловой полосы, тянущейся от подбородка к гребню-«ложке» на лбу. Ещё, и ещё раз… Тяжёлые веки глинна опустились, он прикрыл глаза.
- Вот так, - шепнула Нона, - немножко осталось.
Серовато-бледные губы дрогнули, как-то мучительно искривились.
- Полгода дома не был, - пробормотал он. – Сестрёнка, наверное, скучает… Я передал родным только, что жив, а где я, что со мной, они не знают. Да и не хотят знать, наверное. Для Кардассии я больше не существую.
- А я не существую для Баджора, - тихо ответила Нона. – Может, когда-нибудь я смогу вернуться туда, где родилась и выросла, написать старым друзьям, увидеться с ними. Но пока для меня это всё – невозможное чудо, о котором можно только молить Пророков.
- Но вы же совсем недавно были на Баджоре, - глинн Харат открыл глаза.
Со слабой улыбкой Нона коснулась его лба, отводя волосы к виску, чтобы они не закрывали шрам, уже ставший тоньше и на несколько тонов светлей.
- Это не в счёт.
Харат хотел сказать что-то ещё, но она поднесла палец к губам.
- Тихо. Не шевелитесь.
Наконечник фазера в последний раз скользнул по его лицу, и Нона щёлкнула рычажком.
- Вот и всё. У вас есть зеркало?
- В тумбочке. Верхний ящик.
Выдвинув ящик, она достала небольшое овальное зеркальце в кожаном чехле, повертела в руках.
- Смотрите. Маленький след всё же остался, но его не заметишь, если не приглядываться.
Харат молча изучал своё лицо в отражении – неотрывно, внимательно, словно черты какого-то незнакомца. Наконец он выдохнул:
- Хорошо, что вас не разнесли на атомы вместе с клингонским крейсером.
- Может, я ещё чем-то могу помочь вам, глинн? Хотя бы с перевязкой раненых.

В лазарете стоял полумрак, привычный кардассианским глазам – только над столом дежурного медика горела лампочка. Подперев подбородок ладонью, молодая баджорка в сером врачебном халате склонялась над паддом, и её взгляд скользил по строчкам.
- Как вы, Нона? – негромко спросил Дукат. – Не устали? Харат доложил мне, что ваше сотрудничество проходит успешно.
Она вздрогнула, оборачиваясь. Падд выскользнул из тонких пальцев, негромко стукнул о стол.
- Всё хорошо, гал. На самом деле, я поражена, насколько тщательно и эффективно глинн Харат выполняет свою работу – при том, что он не врач по профессии.
- На «Гроумолле» он был офицером связи, - кивнул Дукат. – К счастью для всех нас, кое-какие знания и навыки остались у него ещё со времен службы на Баджоре.
Придвинув стул, он опустился рядом с Ноной.
- Разумеется, ему не помешал бы более опытный наставник. Эх, Нона, если бы не ваша дочь, я предложил бы вам остаться с нами. Что за жизнь в этих федеральных колониях? Скука одна. Разве кто-нибудь оценит по-настоящему ваши способности? А я бы нашёл им применение.
Уголки её рта слегка приподнялись:
- Ни мало в этом не сомневаюсь.
- Оплата, правда, нерегулярная, - Дукат с сожалением прищёлкнул языком. – Зато что добыли – то и наше.
Нона рассмеялась:
- Заманчивое предложение. Но я как-то не горю желанием.
- Понимаю, - он беззвучно вздохнул. – Вы не бросите дочь. Вероятно, её отец тоже ждёт вас с нетерпением?
Она отвела взгляд к стеклу иллюминатора.
- Не ждёт. Мы давно расстались.
- Поссорились?
Нона покачала головой.
- Просто… нам нельзя уже было оставаться вместе.
- Он входил в оккупационное правительство? Кто-то из помощников Кубуса Ока?
Худенькие плечи вздрогнули.
- Почему вы так подумали?
- Ему пришлось отказаться от вас, от дочери и спасать свою шкуру, - иронически произнёс Дукат. – И это из-за него вам закрыт въезд на Баджор.
- Какая проницательность, - глухо выдавила Нона.
- Знаете, - он придвинулся ближе, опустил подбородок на руки, - я никогда не понимал такого подхода. Что бы ни совершил ваш муж, это его поступки. Вы тут совершенно ни при чём.
- Разве? – она вскинула голову, зелёные глаза блеснули. – Не могу согласиться. Быть с кем-то – тоже поступок.
Дукат пожал плечами.
- Вам, наверное, нелегко пришлось.
- Что поделаешь… Сначала я хотела вернуться домой, в Хедрикспул, но мне быстро стало ясно: этого делать не следует. Тогда я решила поселиться где-нибудь на землях Федерации. Эола-2 показалась мне хорошим выбором, мы довольно быстро разделались со всеми миграционными формальностями и обосновались там, - губ Ноны коснулась невесёлая усмешка. – Это была моя ошибка.
- Почему?
- На Эоле-2 холодно. То есть не холоднее, чем в Хедрикспуле, но для моей дочки… В общем, она заболела. Лёгкие слабые. 
- И тогда вы переехали на Эолу-3?
- Да, там теплее. Но синдром Потрика лечится очень тяжело, нужны дорогие лекарства, а деньги брать, сами понимаете, неоткуда. Поэтому я так ухватилась за эту работу на Баджоре. В Роканте опять вспыхнула лихорадка, врачи там были на вес латины, а проблемы с документами легко было объяснить: после оккупации многие беженцы до сих пор живут без идентификационных карт.
- Значит, вы ездили на Баджор под чужим именем, - протянул Дукат.
- Разумеется.
- Может, и с чужой внешностью?
Слабая улыбка тронула её губы:
- В Федерации прекрасно развита пластическая хирургия.
- А возможно, и со своей, - задумчиво протянул Дукат. – Мне кажется, я видел вас на Терок Нор. Эта ваша манера говорить, смеяться, ваши жесты… Жаль, не припомню, у кого из помощников Кубуса была такая красивая супруга.
- А вот красивой меня называли не так часто, - рассмеялась Нона. – Не думаю, гал, что вы меня узнаете. В конце концов…
Что-то грохнуло, заревело. Пол под ногами вздыбился. С испуганным вскриком Нона дёрнулась к Дукату, её пальцы вцепились в его локоть.
- Что это? Клингоны?
- Может быть, - он поднялся, ткнул пальцем в коммуникатор на запястье. – Дамар, в чём дело?
- Проблемы в инженерном отсеке, гал Дукат, - донеслось до них. – Перегрузка импульсного двигателя один-три. Мы активируем резервную мощность.
- Сейчас буду.
Выключив связь, Дукат запрокинул лицо к потолку и выругался сквозь зубы. Расслышав слабый смешок, он поспешно повернулся к гостье:
- Прошу прощения. Я забыл, что вы владеете кардассианским.
- Ничего страшного, гал, - улыбнулась она. – Я слышала и не такое.
- Будьте здесь. Если в инженерном есть пострадавшие, я позову вас с Харатом.

Добраться до каюты, снять сапоги и броню, упасть на койку и спать. Спать целых шесть часов – до новой смены.
Эта неделя вымотала Дамара так, что он едва держался на ногах. Всё время что-то шло не так: то откажет маскировочное устройство, то клингоны выпрыгнут из варпа перед самым носом – да ещё эта баджорка расхаживает по кораблю, будто так и надо.
Ещё с того времени, как Дамар служил в гарнизоне Релликета, он терпеть не мог баджорцев. А их женщин – особенно. Его одинаково злили жеманные улыбки офицерских любовниц – «Милый, ты такой мужественный в новой форме! Ты ведь купишь мне шёлковую накидку?» - и захлёбывающиеся болью крики пленниц, с которыми кто-то из командования в очередной раз решил поразвлечься.
Галу Дукату, конечно, виднее, нужны ли на корабле гости. Но ведь он должен видеть, насколько изменилось всё с её появлением: вместо того, чтобы думать о своих обязанностях, младшие офицеры только и знают, что разглядывать длинные ноги под юбкой!
Была бы она хоть кардассианкой…
- Глинн Дамар, как ваша рука?
Негромкий голосок заставил Дамара вздрогнуть. Он с досадой обернулся через плечо.
- Всё нормально, Харат убрал царапину.
- Похоже, в инженерном отсеке у вас не менее опасно, чем на мостике.
Усилием воли Дамар подавил досадливую гримасу. Девчонка, ветер в голове – а она ещё смеет сомневаться в надёжности корабля.
- Не беспокойтесь, все устройства в инженерном отсеке функционируют удовлетворительно. Через восемь с половиной часов мы будем на Терок Нор. Вероятно, там мы с вами расстанемся?
Баджорка кивнула с сахарной улыбкой.
- Гал Дукат предлагал мне должность врача, но, думаю, Харат прекрасно справится без меня.
Ну почему, почему командиру так нужны баджорки на борту? Сперва эта рыжая майор с террористским прошлым, теперь докторша, которая суёт нос во все дела… 
- Вы правы, - Дамар наклонил голову, - мы справимся без вас.
Не дожидаясь дальнейших реплик, он повернулся и энергично зашагал к двери своей каюты.

Устроившись с ногами на мягком пуфе, Нона сосредоточенно плела густые чёрные волосы в косу. Скоро она будет дома, обнимет дочку и через пару дней окончательно придёт в себя после этого безумного путешествия. И, уж конечно, вряд ли ещё когда-нибудь столкнётся с галом Дукатом и его командой.
Закручивая резинку вокруг сплетённых прядей, она тихонько усмехнулась. Ну кому ещё, кроме Дуката, могла прийти в голову мысль в одиночку воевать с Клингонской Империей?
Наверное, стоит рассказать об этом дочке. Что там говорила про неё мисс Тёрнер? На уроках химии и биологии рисует в падде древних героев? Пусть послушает про героический поход наших дней – такой же смелый, как в древности… и такой же глупый.
Позади с лёгким шорохом распахнулись двери, и до неё донеслись лёгкие, упругие шаги. Дукат. Конечно, это он.
- Только что я получил ответ с Терок Нор. Они готовы нас принять.
- Замечательно, - Нона повернулась к нему. – Скажите… а та женщина из Сопротивления, благодаря которой вы добыли «птицу» - она, случайно, не на этой станции служит?
Дукат кивнул, в серых глазах вспыхнули искорки удовольствия:
- Она старший офицер связи.
- Вот как, - Нона поднялась, прошлась по каюте.
- А что, вы её знаете?
- Скорее всего, нет, - она улыбнулась, глядя ему в глаза. – Но рискну предположить, что она молода и красива.
- Вы совершенно правы, - кивнул Дукат, - она безумно хороша.
Пальцы Ноны сцепились за спиной.
- Вероятно, вы и корабль назвали в её честь?
Слабая, задумчивая улыбка тронула уголки его рта.
- Нет. Напрем – так звали женщину, которую я любил… и которая, смею надеяться, любила меня. Она пропала почти четыре года назад.
- Пропала?
Опустившись на пуф, Дукат забросил ногу на ногу. Его взгляд отстранённо скользнул по серой стене каюты.
- Это было как раз перед тем, как мы оставили Баджор. Я получил приказ об эвакуации, и мне нужно было спрятать Напрем вместе с дочкой куда-нибудь в безопасное место. Я договорился, чтобы их отвезли на Лисипию – там им бы ничего не угрожало, они смогли бы начать новую жизнь. Мне трудно было предположить, что Напрем не согласится с моим планом и устроит мне сцену.
- Сцену? – Нона подняла брови, и Дукат усмехнулся не без смущения:
- Ну, с этим словом я погорячился, конечно. Просто Напрем всегда была такая спокойная, рассудительная – и вдруг начала меня обвинять в том, что я думаю только о себе и своей репутации. Она сказала, что хочет вернуться на Баджор – можно подумать, её приняли бы там с распростёртыми объятиями. Мы так ни к чему и не пришли: меня вызвали в комцентр, пришлось координировать погрузку ценностей из Джаланды… Наутро я вернулся – а их нет. Ни Напрем, ни нашей дочки. Только несколько строчек в падде.
Дукат сглотнул, на его широкой, покрытой гребнями шее дёрнулся кадык.
- Я узнал, что они улетели в Хедрикспул – но так и не смог там их отыскать.
- И вы до сих пор не знаете, что с ними? – тихо спросила Нона. Дукат мотнул головой.
- Во всяком случае, Напрем была права, что не хотела лететь на Лисипию. Транспортник, на котором я собирался их отправить… на него напали бринны. Он разбился – не знаю, остались ли выжившие.
- Надо же, - Нона изумлённо вздохнула. – Пророки уберегли, не иначе.
Дукат скептически хмыкнул:
- Я скорее поверю в счастливое стечение обстоятельств. Да и потом… Живы ли они? Всё ли у них хорошо? Эта неизвестность, - он стиснул пальцы в кулак, - она вымораживает. Лучше бы мне просто забыть о том, что они были в моей жизни.
- Вот как? – Нона слегка усмехнулась. – Тогда я прошу прощения, что напомнила вам о них, гал Дукат.
Подойдя ближе к нему, она перекинула косу с плеча на плечо.
- Вы не будете так добры дать мне две полоски латины, чтобы я могла взять билет до Эолы-3? Министерство медицины перевело деньги мне на счёт, но вся наличность осталась на сгоревшем корабле.
- Конечно. 
Дукат подошёл к столу, отпер верхний ящик.
- Надеюсь, вы доберётесь благополучно, и ваша дочь выздоровеет. Вот, возьмите.
- Но пять плиток – это слишком много, - мягко улыбнулась она. – Наверняка у вас есть на что потратить деньги.
- Тратить деньги на красивых женщин – моё любимое занятие, - беззаботно ответил Дукат. – Если хотите, считайте это благодарностью за медицинскую помощь моему экипажу.
Нона беззвучно вздохнула, встречаясь с ним взглядом.
- Хорошо. Спасибо вам, гал Дукат. За всё.
- Ну что вы, не стоит благодарности, - хмыкнул он. – Пойду на мостик: будет лучше, если я сам проведу стыковку. Скорее всего, мы уже не увидимся – так что всего хорошего.
- Всего хорошего, - механически повторила она и направилась к двери. – Надеюсь, на станции я смогу быстро связаться с Зиял.
Она прошла ещё три шага до выхода, прежде чем горячие шершавые пальцы стиснули её запястья.

- Разве ты не должен доложить о прибытии начальству станции?
Он словно не слышал её слов: пальцы спешно расстёгивали мелкие пуговички на её блузе, то и дело задевая покрывшуюся мурашками кожу, а жёсткие губы льнули к её шее, покусывая, полизывая. 
Высвободив руку, Напрем требовательно потянула гладкие чёрные пряди у него на макушке:
- Дукат!
Он поднял голову, и ей в лицо глянули искрящиеся, ошалевшие от восторга глаза.
- Дамар уладит все формальности, - хрипло выдохнул он и вновь уткнулся лицом ей в плечо. Тёплая ладонь щекотно погладила её коленку, скользнула выше. – Почему ты мне не сказала сразу?
- Почему ты не узнал меня? – сердито нахмурилась она и тут же охнула, когда губы Дуката приникли к её груди.
- Потому что не надо ждать телепатической проницательности от простого кардассианского гала, - шепнул он, прижимая её к подушкам. – Я ощущал, что это ты. Но до меня это вряд ли дошло бы без подсказки.
- Серьёзно, Дукат, нам надо выйти… а-ах!.. нам надо выйти на станцию.
- Через полчаса… - его ладонь нырнула в её мягкие волосы, - или через час. Когда я смогу смотреть на тебя и сдерживать желание немедленно на тебя наброситься.
- На меня? – она подняла голову. – Или на Нону Сирин?
- Сирин очень хороша, - он потёрся виском о её плечо, - а лучше всего в ней то, что она и есть Напрем. Я хочу тебя – какую угодно. Где угодно. И больше я не отпущу тебя.
- Погоди, - Напрем откинулась спиной на подушки, подставляя шею под его жадные, настойчивые поцелуи. – Я не потащу Зиял на твою личную войну с клингонами.
- Зиял надо лечиться… - он потянул вниз, к её щиколоткам, плотную ткань юбки. – И учиться… Я что-нибудь придумаю, обещаю.
- Кто бы сомневался, что у гала Дуката неистощимая фантазия, - рассмеялась Напрем, обвивая его плечи. Юбка, шурша, соскользнула на пол, и Дукат крепче притянул Напрем к себе:
- Поверь, я не дам тебе повода жаловаться.